глава. Гость.

Кулон. Этот кулон Мики подарил Кэйт, чтобы она могла беречь в нем, что-то ценное, да и чтобы она всегда помнила старшего брата. Но кулон был у него в руках, а это могла значить, что Кэйт мертва или пытается передать ему послание.

Мики раскрыл кулон, и в нем лежала маленькая флэшка, кусочек бумаги. На бумажке было написано мелким, красивым почерком, но юноша смог разобрать.

Мы хотим одного, что бы наш общий товарищ ни погиб. Кэйт жива и здорова.

Грэг.

Мики вставил флэшку компьютер, и на мониторе высветилась папка с файлами, самым первым было видео. Он нажал на него. На экране появилась Кэйт, а позади нее Грэг. Он почему-то крутился на стуле, запрокинув голову вверх, видимо ему было скучно.

- Мики, я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, - начала Кэйт, юноша сжал кулак, а внутри закипела ярость. - Я потом все объясню, обещаю. Сейчас важнее жизни Жени! Но для начала ты должен узнать о планах Марка. Сначала ты можешь не поверить, так, что лучше просмотри все файлы и тебе все станет ясно. Я обещаю.

* * *

- Эй! - закричала Женя, вцепившись в стальные прутья, которые отделяли ее от остального мира. - Долго мне еще тут сидеть? Когда будет судебное разбирательство?

В ответ - обычная тишина. Девочка вздохнула и плюхнулась на койку в углу камеры, твердую и бесцветную - как и все остальное в ее новом доме. Да, она и впрямь начинала мечтать о настоящей темнице. По крайней мере, там можно было бы наблюдать за крысами и пауками. Она перевела взгляд вверх и вновь мгновенно испытала дезориентирующее ощущение, что стены и потолок со всех сторон надвигаются на нее, все ближе и ближе, выжимая из легких воздух, лишая возможности дышать...

Девочка резко выпрямилась, хватая ртом воздух.

«Не гляди на стены и потолок, Женя», - выбранила она себя.

Перевела взгляд на свои сцепленные руки и в который раз попыталась разобраться, как ее угораздило попасть в такую беду.

Очевидный ответ напрашивался сам собой: ее ложно обвинили в преступлении, которого она не совершала. И это было не какое-нибудь мелкое мошенничество, а убийство. Какая наглость - обвинить девочку в самом серьезном преступлении, которое может совершить вампир или оборотень. Правда, нельзя сказать, что Женя не убивала прежде. Убивала, убила оборотней. Однако хладнокровное убийство... нет, это не в ее духе. В особенности убийство целой семьи.

С помощью сверх слуха, она услышала звуки...

Кто-то разговаривал с охранниками, прося разрешения увидеться с Женей. Первый посетитель за несколько дней. Сердце заколотилось, она бросилась к решетке, надеясь, наконец, услышать от пришедшего, что все это ужасная ошибка.



Однако гость оказался не совсем тем, кого она ожидала.

- Майки... - тоскливо протянула Женя. - Что ты здесь делаешь?

Перед ней стоял Капитолец Майки Стэтлоу. Как обычно, он выглядел неотразимо и сексуально в униформе Капитольца.

- Я твой Капитолец, - жизнерадостно заявил он. - И прибыл, чтобы оказать тебе юридическую помощь.

- Ты не адвокат, - напомнила Женя ему. - И последние советы моего «Создателя» не очень-то мне помогли.

Говорить такое было низко с Жениной стороны. Не знакомая вампирша - Кармелита, хотя и без официального образования, защищала ее во время предварительного слушания. Очевидно, не слишком успешно, поскольку девочка оказалась за решеткой в ожидании судебного разбирательства. Но, проторчав тут несколько дней в полной изоляции, она поняла, что кое в чем Кармелита была права. Ни один адвокат, как бы хорош он ни был, не мог спасти Женю во время этого слушания. Следовало отдать Кармелите должное - она проявила храбрость и взялась за заведомо проигрышное дело, хотя девочка и не понимала почему...

- Та вампирша выступила безупречно, - возразил Майки.

Женя скрестила на груди руки.

- Так почему ты здесь? Знаю, это не просто рабочий визит. Ты никогда ничего не делаешь просто так.

- Конечно. Зачем делать что-то просто так?

- Только вот не надо демонстрировать мне свою знаменитую логику.

Он подмигнул ей.

- Не нужно завидовать. Если будешь очень стараться и призовешь на помощь мозги, то, в конце концов, унаследуешь мою блестящую логику.

- Майки, завязывай с этим.

- Прекрасно, прекрасно. Я пришел рассказать, что заседание суда по твоему делу может быть перенесено на более ранний срок.

- Ч-что? Это же потрясающая новость!

По крайней мере, так Женя думала, однако выражение лица Майки свидетельствовало об обратном. Согласно ее последним сведениям, ждать суда ей предстояло не один месяц. Одна мысль об этом - и о необходимости так долго оставаться в камере - вызывала у Жени приступ клаустрофобии.

- Жень, пойми - судебное разбирательство будет практически идентично предварительному слушанию. Те же доказательства и вердикт: «Виновна».



- Да, но неужели мы ничего не можем предпринять? Найти доказательства моей невиновности? - Внезапно Женю осенило, какая проблема может возникнуть. - Когда ты сказал «произойдет раньше», какой срок ты имел в виду?

- В идеале они хотели бы покончить с этим сразу после похорон семьи.

Он говорил беспечным тоном, но, столкнувшись с его мрачным взглядом, Женя уловила смысл. В голове замелькали числа.

- На похороны уйдет неделя, избрание сразу после этого... ты хочешь сказать, что я могу оказаться в суде и буду осуждена... ммм... практически через две недели?

Майки кивнул.

Женя снова метнулась к решетке.

- Две недели? Ты это серьезно?

Когда он сказал, что судебное заседание передвинут, девочка подумала, что осталось еще около месяца. Хватит времени, чтобы найти новые доказательства. Как она собиралась это сделать? Непонятно. А теперь получалось, что время стремительно убывает. Две недели - этого недостаточно, в особенности с учетом бурной деятельности двора. Несколько мгновений назад Женя возмущалась тем, что ей предстоит сидеть тут так долго. Теперь времени оставалось слишком мало, и ответ на ее следующий вопрос мог только расстроить девочку еще больше.

- Сколько? - спросила Женя, изо всех сил сдерживая дрожь в голосе. - Сколько времени проходит между вынесением вердикта и... исполнением приговора?

- Это происходит практически сразу.

- Сразу. - Девочка попятилась, чуть не села на постель, но потом почувствовала новый прилив адреналина. - Сразу? Значит, через две недели я могу быть... мертва.

Потому что именно это угрожало Жени, когда стало ясно, что кто-то сумел подтасовать доказательства и подставить новорожденную вампиршу. Вампиров, которые убивают людей, не сажают в тюрьму. Их казнят. И некоторые люди тоже заслуживают ее - такие, скажем, как предатели и убийцы. Когда шок от осознания ближайшего будущего в полной мере обрушился на девочку, Женя почувствовала, что дрожит, и слезы угрожающе близко подступают к глазам.

- Это несправедливо! Это несправедливо, и ты понимаешь это!

- Что я думаю, никакого значения не имеет, - спокойно ответил он. - Я просто сообщаю тебе факты.

- Две недели, - повторила девочка. - Что можно сделать за две недели? В смысле, у тебя ведь уже есть какая-то идея? Или... или... ты можешь найти что-нибудь к тому времени?

Девочка говорила отчаянно, сбивчиво, почти истерично. Ну, собственно, так она себя и чувствовала.

- Сделать многое будет довольно трудно, - ответил Майки. - Двор слишком занят похоронами и выборами. Обычный порядок нарушен - это и хорошо, и плохо.

Надвигался хаос. Найти какую-нибудь улику в такой неразберихе не просто трудно - невозможно.

«Две недели. Две недели, и, возможно, Женя будет мертва».

- Это немыслимо, - ломким голосом сказала Женя. - Я никогда не собиралась умирать... так.

- Неужели? - Он дугой выгнул бровь. - Ты знаешь, как, предположительно, умрешь?

Одна слеза сумела скатиться, и девочка торопливо вытерла ее.

- В сражении. Защищая тех, кого люблю. Заранее запланированная казнь... нет, это не для меня!

- Это тоже сражение, в некотором роде, - задумчиво сказал он. - Просто не в физическом смысле. Две недели - по-прежнему две недели. Это плохо? Да. Но лучше, чем одна неделя. Нет ничего невозможного. Может, всплывет новая улика. Ты должна просто ждать и смотреть.

- Ненавижу ждать. Эта камера... она такая маленькая. Я не могу дышать. Она убьет меня прежде, чем это сделает палач.

- Сильно сомневаюсь. - В лице Майки не было ни тени сочувствия.

- Теперь я должна торчать в этой дыре, понимая, что время моей смерти приближается, и почти нет способа предотвратить ее.

- Иногда самую серьезную проверку нашей силы создают ситуации, которые на первый взгляд не кажутся опасными. Иногда просто выживание - самая трудная вещь на свете.

- Ох, нет, нет! - Женя принялась расхаживать, описывая маленькие круги. - Только не надо этого высокопарного дерьма! Ты прямо как Рейн - когда она давала мне свои глубокомысленные жизненные уроки. Мики тебе разве не давал советы?

- Он выдержал, оказавшись точно в такой же ситуации. И многое другое выдержал.

Мики.

Женя сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться. Два год назад - хотя, казалось, с тех пор прошла вечность - он был самым лучшим Капитольцев, командовал целым Капитолием. Но однажды на Капитолий напал Грэг со своими вампирами, Мики был вынужден позволить ему уйти, чтобы спасти жизнь Кэйт, прекрасно зная, что его ждет. Его отправили в двух годовую ссылку - это то же самое, что смерть. В ссылку отправляли в самые смертельные точки. Кто и возвращался, то те уже были вампирами или оборотнями, а Мики вернулся человеком.

Женя сердито посмотрела на Майки.

- Мики выдержал, да, но был очень подавлен из-за всего произошедшего. Он и сейчас в таком состоянии.

- Да, - сухо ответил Майки. - Он подавлен, а ты живая картина счастья и радости.

Девочка вздохнула.

- Иногда разговаривать с тобой все равно, что с самой собой: чертовски раздражает. Ты пришел, чтобы сообщить мне ужасные новости. Я была бы счастливее, оставаясь в неведении. Больше тебе тут ничего не надо?

- Мне просто хотелось повидаться с тобой. И посмотреть, как ты устроилась.

И только тут до Жени дошло, что в его последних словах есть доля правды. Пока они разговаривали, Майки смотрел на вампиршу почти неотрывно. Вампирша полностью владела его вниманием. В их ней пикировке не было ничего, что могло бы насторожить охранников. И все же довольно часто взгляд Майки ускользал в сторону, фиксируя коридор, Женину камеру и все другие детали, которые его интересовали. Майки не случайно носил прозвище «Двуликий». Он всегда рассчитывал, прикидывал, взвешивал, всегда выискивал малейшее преимущество. Так он был весельчаком, заводилой и блудным мальчиком. Он был верен только одному человеку в данном случае - Кэйтлин.

- Еще мне хотелось помочь тебе пережить это время. - Он улыбнулся и протянул сквозь решетку два журнала и книгу, которые до этого зажимал под мышкой. - Может, это улучшит тебе настроение.

Ну, вряд ли любое развлечение сделает более переносимым двухнедельный обратный отсчет времени в ожидании смерти. Женя подняла книгу, остро нуждаясь в том, чтобы внести в разговор элемент шутки и сделать ситуацию не такой пугающе реальной.

- Я смотрела фильм. Эта тонкая символика на самом деле не такая уж тонкая - если, конечно, ты не спрятал в книге напильник.

- Эта книга лучше фильма. - Он сделал движение, собираясь уходить. - Ладно. Продолжим литературную дискуссию в следующий раз.

- Постой! - Девочка бросила журналы и книгу на койку. - Прежде чем ты уйдешь... во всей этой неразберихе никто ни разу не поднимал вопрос, кто на самом деле убил их.

Майки молчал, и девочка вперила в него взгляд.

- Ты ведь веришь, что это не я сделала?

Насколько Женя его знала, даже считая ее виновной, он все равно пытался бы помочь.

- Я верю, что способна на убийство, - наконец ответил он.- Но этого ты не совершала.

- Тогда кто?

- Над этим я сейчас и работаю.

Он повернулся и зашагал в сторону выхода.

- Но ты только что сказал, что у нас времени в обрез! Майки! - Женя не хотела, чтобы он уходил. Не хотела оставаться наедине со своими страхами. - Исход дела предрешен!

- Просто помни, что Кармелита говорила в зале суда, - бросил он через плечо.

Он ушел, а Женя села на постель, вспоминая тот день в зале суда. В конце слушания Кармелита сказал девочке - очень уверенно, - что ее не казнят. И что даже до судебного разбирательства дело не дойдет.


0390535394213008.html
0390558630636189.html
    PR.RU™